Skip to main content

Русский Стандартный Суд

Сидит в ресторане пара: мужчина, кавказкой национальности и женщина. Подходит к ним посетитель ресторана и спрашивает: «А можно с вашей девушкой потанцевать?». Кавказец отвечает: «У нас, кто женщину кормит, тот ее и танцует».

Анекдот

Знала бы Юля, во что обойдется ей покупка шубы — вообще бы не вышла в этот день из дому. Взрослая, умная женщина, она даже и подумать не могла, что такая солидная, на первый взгляд, организация, как банк «Русский Стандарт» сможет опустошить ее семейный бюджет. А началось все предельно просто. В августе 2005 года Юля решила купить новую шубу, тем более проблем с тем, чтобы получить потребкредит на покупку, не было совершенно. Если помните, в это время в кредит начали продавать все: от сотовых телефонов до шестисотых Мерседесов. В магазине Юля подобрала себе хорошую шубу, уточнила, сколько процентов она будет платить, и, взвесив за и против, подписала кредитных договор.

Именно в этот момент она одной ногой вступила в вязкое кредитное болото, через несколько лет превратившееся в глубокую трясину. Нет, она не уклонялась от оплаты, наоборот, ежемесячно и в срок оплачивала кредит, пока не рассчиталась за него полностью. Юля привыкла добросовестно подходить к долговым обязательствам, за это банк ее и наказал.

Дело в том, что в кредитном договоре на шубу мелким-мелким шрифтом было указано, что одновременно с этим договором Юля подписывает договор об обслуживании кредитных карт «Русский Стандарт». Это, примерно, то же самое, если бы при покупке платья вас обязали подписать договор на приобретение дрели, или, заказав себе отличный костюм, вы вдруг обнаружили, что «в нагрузку» к нему вам необходимо заплатить еще и за три десятикилограммовые гантели. Потребительский кредит на шубу и карточный кредит – это такие же разные вещи, как костюм и гантели. У них разные свойства, различные условия предоставления и стоимость, да, в конце концов, не нужна была Юле кредитная карта, она за шубой пришла!

Любой юрист скажет, что нельзя включать в один договор условия двух совершенно разных сделок, потому что закон «О защите прав потребителей» запрещает обуславливать приобретение одних услуг обязательным приобретением иных услуг. То есть, по российскому законодательству нельзя навязывать дополнительный товар или услугу «в нагрузку». Любые условия договора, ущемляющие права потребителей, признаются недействительными. Казалось бы, все проще простого, но, по всей видимости, у «Русского стандарта» прививка от российского законодательства, потому что эти нормы на нее не действуют.

Итак, через пару месяцев по почте Юле пришла кредитная карта сами догадываетесь какого банка. В конверте, помимо нее, лежала развеселая брошюрка с улыбающимися лицами, в которой было сказано, что Юля, как VIP-клиент банка может брать кредит под 23% годовых, платить по три тысячи и активировать карту по телефону, даже ходить никуда не надо. Снять с карты она может восемьдесят тысяч, все потому, что банк ей доверяет, раз она без проволочек, в срок оплачивает кредит.

Любой человек на месте Юли не удержался бы от такого заманчивого предложения. Пусть не сразу, пусть через несколько месяцев, но у каждого из нас нашлась бы причина, куда можно потратить восемьдесят тысяч. Можно съездить отдохнуть в Таиланд, можно приобрести мебель или сделать ремонт, можно купить комплект зимней резины и новую магнитолу, в общем, вариантов масса. Тем более карта уже на руках, и от восьмидесяти тысяч отделяет один телефонный звонок.

На эту психологическую уловку и рассчитывали хитрые ребята из банка. Вот Юля и не удержалась и через пару месяцев сняла с карты эту сумму, причем, как и прежде, она каждый месяц, точно и в срок платила за кредит, так, как было написано в буклете.

Платит Юля по 3600 первый год, платит второй, платит третий, понимает, что этого мало — вносит единовременно 20000 тысяч, но кредит все не погашается. В две тысячи девятом году она начинает подсчитывать, сколько заплатила и приходит к выводу, что дело тут не чисто. Ну, не может быть, чтобы заплатив банку 147800, она еще должна 78700! Просто Юля тогда еще не знала, что согласно международной отчетности банка за 2006 год, у «Русского стандарта» максимальная эффективная ставка по кредиткам составила не 23%, как указано в буклете, а 79,2%! Повторю. Семьдесят девять процентов!

Юля идет в банк разбираться, требует, чтобы ей предоставили договор, где прописаны условия и процентная ставка. В банке ей заявляют, что никакого договора нет. Но как же, возмущается Юля, ведь, согласно статье 820 Гражданского Кодекса кредитный договор должен быть заключен в письменной форме! И если письменная форма не соблюдена, то такой договор считается ничтожным, недействительным. В банке держат паузу и предлагают погасить задолженность… по кредитному договору.

В общем, перестала Юля платить и решила обратиться в суд. Причин две. Во-первых, переплатила вдвое, и еще должна столько же, сколько брала три года назад. Во-вторых, нарушение законодательства налицо и на выбор: либо банк дал ей кредит в отсутствие кредитного договора, нарушая Гражданский Кодекс, либо банк навязал ей договор в нарушение Закона «О защите прав потребителей». Других вариантов нет, и оба они — противоправные.

Пока Юля ходила по юристам и подготавливала исковое заявление, активизировались коллекторы  — департамент взыскания банка «Русский Стандарт». Как всегда: звонили, писали письма, угрожали, что «замутят» судебное решение и опишут все имущество. Юля терпела это до тех пор, пока бравые ребята, зарабатывающие на хлеб хамством и угрозами в духе девяностых, не стали приходить к ней домой и требовать вернуть деньги безвинно обиженному банку. Юля с детства не любила попрошаек, поэтому позвонила руководителю этого департамента и заявила, что в следующий раз эти господа придут к ней пешком, а уедут на милицейском «бобике». В самом деле, ходят какие-то люди, требуют деньги, лично у них она не занимала, предоставить кредитный договор не могут — это же вымогательство чистой воды!

В этом вопросе Юля совершенно права. Банк — это коммерческая организация, такая же, как и сапожная мастерская. Обе они занимаются бизнесом и извлекают из этого прибыль. Вот представьте ситуацию, что к вам приходит сапожник и начинает важно заявлять, что вы не расплатились с ним в полном объеме за набойки, поэтому он сейчас опишет имущество и посадит вас в тюрьму. Вот по тому адресу, куда бы вы отправили этого сапожника, вы можете отправлять и этих коллекторов, так, как это сделала Юля.

Поняли тогда в банке, что «где сядешь, там и слезешь» и сами обратились в суд. Юля суда не опасалась, так как предварительно сходила в Управление федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области или по-простому Роспотребнадзор. Там она рассказала свою ситуацию, приложила все имеющиеся документы. Роспотребнадзор на шести страницах подготовил экспертное заключение, согласно которому банк своими действиями нарушил Закон «О защите прав потребителей» и Гражданский Кодекс РФ. Но Юля по привычке подошла к делу основательно и дополнительно перестраховалась: наняла адвоката и подключила к участию общественное движение «Молодые юристы России». Впрочем, то, что происходило на суде, не имело ничего общего ни с законом, ни со справедливостью.

Но перед тем как начать рассказ о судебном процессе хотелось бы вставить небольшую правовую ремарку. Существует постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23.02.1999 №4-П в котором черным по белому указано, что «гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, т.е. для банков». Остается добавить, что решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти.

А теперь вернемся к суду между банком и экономически слабой стороной, т.е. Юлей. Сначала представитель банка заявил, что Юля была надлежащим образом уведомлена о том, что она подписывает договор на кредитную карту и ознакомлена со всеми тарифами и условиями и обязуется их исполнять. Прямо так, во множественном числе: «с Тарифами и Условиями предоставления и обслуживания карт ЗАО «Русский стандарт». То есть Юля, по словам юриста банка, во время покупки шубы в магазине, внимательно изучила Условия (а это такая кипа бумаг страниц на десять, исписанная мелким шрифтом) и Тарифы (а их у банка на тот момент было более 17) и со всем согласилась. Представляете? Это все равно, что вы покупаете sim-карту, вам приносят 17 тарифов, но вы подписываете соглашение, что согласны на все! Гулять так гулять, чего уже там!

Цитирую заключение Роспотребнадзора: «В силу ст. 10 закона «О защите прав потребителей», исполнитель обязан своевременно предоставить потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора. Документы, подтверждающие вручение экземпляра Условий, Тарифов потребителю отсутствуют. В Условиях и Тарифах отсутствует подпись ответчика, подтверждающая ознакомление и получение экземпляра». 

Но, несмотря на заключение Роспотребнадзора и доводы Юли, что она о существовании договора узнала только через три года, что тарифы и условия ей предъявили лишь на предварительном заседании в суде, что вообще ссылаться одновременно на несколько тарифов — это бред, суд посчитал иначе. Цитирую: «Согласно представителям истца (банка), не доверять которым у суда оснований не имеется (!), указанные документы предоставляются по требованию клиентам неограниченное количество раз». О том, что эти документы должны предоставляться не через три года после подписания договора, пусть хоть сто раз, а непосредственно перед подписанием, суд упомянуть забыл.

Тогда Юля приводит очередной довод, что сам договор ей был навязан, что она подписывала заявление на получение кредита на шубу, а банк в этот же договор включил условия о кредитной карте. Роспотребнадзор с ней согласен, и пишет в своем заключении: «Разработанная банком форма заявления не предусматривает возможности выбора потребителя, получение кредита на покупку товара без иных финансовых услуг. Соответственно, вышеуказанные условия договора не соответствуют положениям п.2 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей».

На это суд отвечает (внимание!): «К обстоятельствам надлежащего исполнения сторонами обязательства по договору данное заключение отношения не имеет. Следовательно, указанное доказательство не является надлежащим, в связи с тем, что не имеет юридического значения для рассмотрения настоящего дела по существу».  То есть к разбирательству по делу о кредитных отношениях, отсутствие самого кредитного договора, составленного в соответствии с законом, к делу «отношения не имеет». Интересная логика, ничего не скажешь!

А если бы банк включал в условия кредитного договора, пункты, по которым  заемщик, помимо всего прочего, обязан продать свою почку или подарить квартиру? Суд в этом случае тоже бы не был против? По их логике, если договор подписан, то все остальное «не имеет юридического значения»? Постойте, а как же закон?

Nota bene. На одном из судебных заседаний, тоже по иску Банка «Русский Стандарт» я доказывал судье, что договор является типовым, с заранее определенными условиями, а значит, заемщик,  как сторона в договоре лишена возможности влиять на его содержание (так считает Высший Арбитражный Суд РФ). На что юрист, представитель банка заявил (не поверите!), что для этого заемщику всего-то нужно взять ручку и вычеркнуть из договора пункты, которые ему не нравятся. Представляете, приходите вы в банк и начинаете черкаться в договоре: «Так, такая процентная ставка меня не устраивает, хочу в два раза ниже, а неустойку вообще вычеркнуть из договора, ну ее!». Галиматья, скажете вы? А судья согласилась с мнением юриста.

Итак, продолжаем. Я, как представитель общественного движения «Молодые юристы России» тоже принимал участие в том судебном заседании. Юля ходатайствовала о привлечение меня в качестве ее представителя, я предоставил паспорт, секретарь стенографировала ход процесса, есть как минимум два свидетеля (Юля и ее юрист), что я на судебном заседании был и участвовал в защите (позже поймете, почему это важно).

У меня были следующие доказательства: Юля подписала тот злополучный договор (оферту)16 августа 2005 года, а банк принял ее оферту 19 ноября 2005 года. В промежутке между этими датами, 14 октября 2005 года банк выпускает приказ № 940/1 о внесение изменений в «Условия предоставления и обслуживания карт «Русский Стандарт» и утверждении дополнений к Тарифам. И в этом документе (на который любит ссылаться и банк и суд), в пункте № 3 черным по белому указано — признать утратившими силу с 24 октября 2005 года «Условия предоставления и обслуживания карт «Русский Стандарт», утвержденные приказом № 698 от 15 августа 2005 года.

Я думаю, юристы уже поняли, в чем суть дела, а для остальных постараюсь как можно проще объяснить суть всех этих дат и цифр. Ситуация: вы покупаете в магазине колбасу, на ценнике указана ее стоимость — 200 рублей. Вы идете в кассу и платите 200 рублей за колбасу, это значит, что вы принимаете условия магазина, и вас устраивает эта цена. Если же на кассе с вас требуют 500 рублей, то вы вправе не платить эту сумму, так как на нее не согласны.

Суд утверждает, что в августе Юля подписала договор и как-бы согласилась с его условиями (колбаса по 200 р.), однако в октябре банк эти условия признал утратившими силу и утвердил новые условия (колбаса по 500), и в декабре дал Юле кредит на новых условиях (продал колбасу по 500). Причем Юлю никто в известность не поставил! И банк, предоставив кредит на новых условиях, тем самым нарушает статью 443 Гражданского Кодекса: «Ответ о согласии заключить договор на иных условиях, чем предложено в оферте, не является акцептом. Такой ответ признается отказом от акцепта и в то же время новой офертой». А 168 статья этого же кодекса гласит, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. Роспотребнадзор также указал в экспертном заключении, что банк акцептировал оферту на иных условиях. Мы считали это нашим козырем: документы и даты подтверждали нашу правоту.

Как же на это отреагировал суд? А никак! То, что я присутствовал на заседании и заявлял о данном факте нарушения, вообще не было указано в судебном решении! Суд просто проигнорировал мое заявление, сделав вид, что не расслышал меня и не разглядел заключения Роспотребнадзора. В решении суда нет ни одного слова, что предоставлялись письменные доказательства акцепта банком оферты на иных условиях! Как вам?

После такого совсем скучным будет выглядеть рассказ о том, что банк, оказывается, может в одностороннем порядке увеличивать процентную ставку. Ведь в Условиях (уже не действующих на момент получения кредита!) было прописано, что банк имеет на это право. Пускай Гражданский кодекс Российской Федерации, Закон о защите прав потребителей, иные федеральные законы не предусматривают право банка на одностороннее изменение процентной ставки по кредитным договорам, заключенным с гражданами.

Однако «Русский Стандарт», после того, как заемщик подмахнет кредитный договор, вправе внести в него любые изменения. Вот напишет он, что вы обязаны продать почку и все, ничего не поделаешь, придется продавать. Да, пусть Высший Арбитражный Суд и Роспотребнадзор с этим не согласны, но учтите, если вас будет судить наш самый гуманный суд в мире, то шансов отвертеться у вас не будет!

Хм, скептически покачает головой грамотный юрист, а при чем тут Высший Арбитражный Суд, если дело рассматривается в суде общей юрисдикции? Суд вправе и не учитывать мнение ВАС. Это верно, но вот Председатель Свердловского областного суда И.К.Овчарук в своем письме к руководителю Роспотребнадзора по Свердловской области Бусыреву С.А., пишет, цитирую: «В тех случаях, когда гражданам предъявляются соответствующие требования позиция судов общей юрисдикции не отличается принципиально от позиции арбитражных судов. Так, по искам граждан судами общей юрисдикции признаются недействительными как противоречащие Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей» условия кредитных договоров о взимании ежемесячной комиссии за предоставление кредита или за ведение ссудного счета, о страховании в определенной страховой компании, о праве банка в одностороннем порядке увеличивать процентную ставку и др.». На письме стоит дата: 22.03.2010 г.

Зато Октябрьский районный суд города Екатеринбурга считает (решение суда от 10.06.2010 г.), что «доводы ответчика, о том, что истец не согласовал с ней, а также не известил ее надлежащим образом об изменении тарифов по договору судом во внимание не принимаются…». Встречный иск Юли, где описаны все обстоятельства и ссылки на решения арбитражных судов, судом вообще отклонен. Фенита ля комедия!

Nota bene. Еще на одном судебном процессе с банком «Русский Стандарт» судья заявила заемщику, мол, он сам знал, что у банка высокие проценты, сам виноват, что попался на удочку. В том то и дело, уважаемая гражданин судья, что заемщик не знал о 79,2%, в буклете банка указано было 23%! Как писала Юля во встречном иске: «я до сих пор не знаю, по каким процентным ставкам банк начислял и начисляет мне проценты». Я думаю, что ни один здравомыслящий человек не стал бы брать кредит под 79%, да сама арбитр спора вряд ли бы согласилась на такую процентную ставку. Интересно, почему судья может догадаться, что заемщик «попался на удочку», но помочь экономически слабой стороне, которая нуждается в особой защите своих прав, суд не в состоянии? Нужно признаться, в России есть судьи, которые рассматривают дело объективно и выносят-таки решения в пользу заемщиков, честь им и хвала. Но в нашем случае победил русский стандартный суд.

 

P.S.

Представители движения «Молодые юристы России» встречались с Председателем Комитета Государственной Думы по Конституционному законодательству Владимиром Плигиным. Речь зашла, в том числе и о принятии закона «О банкротстве физических лиц». Владимир Николаевич дал оценку законопроекту, сказав, что принятие этого закона может сильно ударить по ряду банков, которые не перенесут долгосрочного «замораживания» таких денежных ресурсов. А это в свою очередь скажется на экономической ситуации в стране в целом.

Возможно, в этом кроется причина нежелания судей рассматривать дела объективно и выносить решения в пользу заемщиков, как экономически слабой стороны. Ведь, после того, как ряд судей признают действия банка противоправными, хлынет лавина исков о признании договоров по картам ничтожными, что приведет банк к разорению.

Возможно, руководству банка нужно задуматься о смене политики в отношении заемщиков, сделать так, чтобы вопрос решался в досудебном порядке не полубандитскими методами коллекторов, а при участии, например, внедрения института медиаторов. Жесткая политика взыскания явно бесполезна, когда у самих «рыльце в пушку», это вызывает только отторжение среди заемщиков, в том числе и потенциальных.

Возможно, органам власти стоит раз и навсегда решить, что первично для России — верховенство закона или олигархии. Пока суровость закона будет компенсироваться необязательностью их исполнения, репутация первых лиц государства будет находиться под большим вопросом. И дело не в доверии, дело в уважении.  

 

Евгений Рякин,

«Молодые юристы России»

novayagazeta.ru